|
Испания, 2006, 121 мин., цвет.,
перевод субтитрами
автор сценария и режиссер
ПЕДРО АЛЬМОДОВАР
оператор
ХОСЕ ЛУИС АЛКАИН
композитор
АЛЬБЕРТО ИГЛЕСИАС
в ролях:
ПЕНЕЛОПА КРУЗ, КАРМЕН МАУРА, ЛОЛА ДУЭНА, БЛАНКА ПОРТИЛЬО,
ЙОХАНА КОБО, ЧУС ЛАМПРЕВ и др.
НАГРАДЫ И НОМИНАЦИИ:
Каннский международный кинофестиваль, 2006: совместная
награда 6 актрисам фильма за лучшее исполнение женской роли,
приз за лучший сценарий Педро Альмодовару.
Международный кинофестиваль в Сан-Себастьяне,
2006: приз ФИПРЕССИ.
ССЫЛКИ:
Официальный русский сайт фильма
Официальный
анлоязычный сайт фильма
Официальный
испанский сайт фильма
Официальный итальянский
сайт фильма
Официальный
сайт Педро Альмодовара (на англ., франц, и исп. яз.)
Фан-сайт Пенелопы Круз
(на англ. яз)
НАЕДИНЕ СО СМЕРТЬЮ
На последнем Каннском фестивале "Возвращение"
получил приз за лучший сценарий. Жюри признало всех женщин,
снявшихся в "Возвращении", лучшими актрисами. Название
фильма для Педро Альмодовара символично: "Возвращение"
- это не только возвращение одной из героинь фильма из небытия.
Это еще и возвращение самого режиссера к собственным корням,
к тем людям, рядом с которыми он вырос, к тем женщинам, которые
растили его. Это возвращение к самому себе после мучительной
мести собственному детству в предыдущем его фильме "Дурное
воспитание", где он словно бы расквитался с призраками
прошлого. Пришло время других призраков.
Как всегда, Альмодовар населил свою картину целой
армией женщин, которые делают с нашей планетой что хотят -
и держат ее подобно атлантам, и крутят ее, как карусельщики,
и показывают язык Архимеду, который просил рычаг, чтобы перевернуть
землю, а этот рычаг давным-давно у них в руках. А ну-ка отними.
Отнимать, впрочем, некому - мужчины в картинах Альмодовара
существуют словно для того, чтобы не мешать женщинам. В "Возвращении"
всего двое мужчин. Каждый из них по разу показывается на экране,
потом один на протяжении всего фильма лежит в виде трупа в
морозильной камере, другой появляется в виде голоса по телефону.
С женщинами - наоборот. Ирена (Кармен Маура),
мать двух сестер - Раймонды (Пенелопа Крус) и Соле (Лола Дуэньяс),
давно похороненная в родной деревушке Ла-Манча, является к
дочерям, чтобы раз и навсегда разрешить проблемы, возникшие
много лет назад еще в той деревушке. В деревушке к смерти
относятся с нежным непониманием. Поэтому и не удивляются женщины,
когда умершая мать вдруг оказывается в багажнике машины одной
из них, а потом, спрятавшись под кроватью от другой, с испуганной
улыбкой выползает на свет Божий.
"Возвращение" - это еще и возвращение
Пенелопы Крус в испанское кино. Поснимавшись в Голливуде,
актриса снова попадает в "объятия" Альмодовара,
и из экстравагантной тоненькой испанки, чья жгучесть так ценилась
в Голливуде, превращается в нежную валькирию мадридских окраин.
Совершенно земная женщина с неожиданными для Крус формами
(известно, что для нее режиссер придумал накладные ягодицы),
с глазами, полными мудрости, решимости и абсолютного приятия
жизни. Такими глазами смотрели с экранов София Лорен и Анна
Маньяни, тоже то нежные, то решительные, то красавицы, то
дурнушки. Для нее, как и для всех героинь фильма, смерти нет.
Смерть в фильме - некая субстанция, про которую можно думать,
но которой нельзя бояться. "Тот свет" ровным счетом
ничего не значит, женщины, никогда не читавшие Сартра, знают,
что смерть внутри нас.
Если в "Дурном воспитании" Альмодовар
квитался с детством, в "Возвращении" он квитается
с юностью, в которой он, уже 56-летний, кажется, задержался.
В этом фильме есть все то, чем всегда заполнены его картины,
- мир, принадлежащий женщинам, "неправильный" секс,
юмор в самых неожиданных и трагических эпизодах, неуемная
фантазия. Все это осталось, кроме надрывной, типично альмодоварской
жажды жизни. Раньше Альмодовар глотал жизнь, не пережевывая,
в "Возвращении" он словно бы остановился, огляделся
- и перешагнул рубеж, отделяющий просто талант от таланта
мудрости. И его женщины - это уже не женщины на грани нервного
срыва, но мудрые защитницы человечества и от жизни, которая
есть, и от смерти, которой нет.
Екатерина Барабаш,
Независимая газета
ПЕДРО АЛЬМОДОВАР, о фильме
- Когда я писал сценарий и снимал картину, моя
мать постоянно была где-то близко. Я не знаю, хорош ли вышел
фильм, но уверен, что все хорошее в нем идет от нее.
У меня есть впечатление, и я надеюсь, оно не преходяще, что
мне удалось собрать в одну субстанцию все распавшееся, что
причиняло мне много боли и волновало меня всю жизнь. Я бы
даже сказал: перемалывало все мое существование, чересчур
его драматизируя. Имя этой субстанции - смерть. Необязательно
моя или тех, кого я люблю. Смерть как безжалостное исчезновение
всего живого. Я ее никогда не понимал и не принимал, и постоянно
ускоряющийся бег времени повергал меня в стресс.
А главное, что в "Возвращении" возвращается, - это
призрак матери, который явился дочери. В моей деревне такие
вещи случаются, и я вырос в окружении подобных историй, хотя
в призраки не верю. Верю только когда это случается с другими
людьми или в выдумках. И вот эта выдумка в моем фильме вселяет
в меня то спокойствие, какого я не испытывал очень давно.
Слово "спокойствие" для меня означает - тайну. Я
никогда не был спокойным человеком. Моя врожденная неугомонность
в сочетании с возрастающей неудовлетворенностью обычно становилась
стимулом к работе. Но в последние годы моя жизнь стала постепенно
разъедаться страшным волнением. Это волнение губительно и
для жизни, и для работы, ведь чтобы снимать фильм, спокойствие
даже важнее таланта. Это не значит, что я стал в меньшей степени
перфекционистом. Но я уверен, что с "Возвращением"
я в какой-то степени восстанавливаю свое спокойствие - понятие,
за которым следует масса других не менее важных понятий.
У меня есть ощущение, что при помощи этой картины я преодолел
скорбный период моей жизни, потому что нуждался в такой безболезненной
скорби. Я заполнил вакуум, попрощался с чем-то, с чем не мог
расстаться до сих пор, - с моей юностью. В этом нет ничего
мистического, и моя мать мне не являлась, хотя, как я уже
сказал, я чувствовал ее присутствие яснее, чем всегда.
"Возвращение" - дань обрядам, которые исповедуют
люди моей деревни в их отношении к смерти и к мертвым. Мертвые
здесь никогда не умирают. Я всегда восхищался и завидовал
естественности, с какой мои соседи говорили о мертвых, берегли
память о них и заботились о могилах, пока сами не найдут упокоение.
У меня есть оптимистическое ощущение, что я теперь обогащен
этим знанием и оно останется со мной.
Повторяю, я никогда не принимал смерть, не понимал ее. И вот
впервые я могу смотреть на нее без страха, хотя по-прежнему
ее не понимаю и не принимаю. Но я начинаю проникаться мыслью,
что она существует. Хотя я неверующий человек, я попытался
вернуть с того света героиню Кармен Мауры и позволил ей поговорить
о рае, аде и чистилище. Я не первый открываю, что "тот
свет" - здесь, с нами. Тот свет и есть наш свет. Мы сами
- ад, рай и чистилище, все это внутри нас. Сартр описал это
лучше меня...
по материалам "Российской
газеты", 23 мая 2006 г.
ИНТЕРВЬЮ ПЕДРО АЛЬМОДОВАРА
- Почему большинство ваших фильмов посвящено
женщинам?
- Сам не знаю. Мне прекрасно известно, что
женщины не так уж отличаются от мужчин, что у тех и у других
одинаковые проблемы и они страдают точно так же. Однако в
силу того, что женщины веками пребывали в тени, они способны
ярче проявлять свои эмоции, сильнее удивлять.
- Ваш новый фильм - о семье, хотя и своеобразной…
- Меня всегда вдохновляли фильмы о семьях,
поэтому я люблю Копполу - и "Крёстного отца", и
"Бойцовую рыбку". Меня привлекает это кино о матерях,
бросивших своих детей, о чувствах, которые испытывают друг
к другу матери и дочери, братья и сёстры.
- Вы говорите, что все ваши фильмы автобиографичны…
- "Возвращение" даже более автобиографично,
чем другие, потому что его действие происходит в Ла-Манче.
А это для меня не просто географическое понятие: когда возвращаюсь
в Ла-Манчу, я словно припадаю к материнской груди. Вспоминаю
своё детство, вспоминаю женщин-соседок, говоривших на своём
неповторимом диалекте. Такой была моя мать донья Франсиска
- не просто испанка, а женщина Ла-Манчи. Таковы же и мои сёстры:
я им очень благодарен, ибо, если бы не они, я бы уже вряд
ли сумел вспомнить все подробности нашего детства и написать
сценарий "Возвращения". Только немногие из моих
фильмов посвящены мужчинам. Остальные вдохновлены женщинами,
в центре их - женская вселенная.
- В то же время вы всегда подчёркиваете, что
вас вдохновляет мир кино и актёрства…
- Одно не противоречит другому. Женщины артистичны
от природы. Ещё в детстве меня поражала способность женщин
притворяться и лгать, и я не видел в этом ничего дурного.
Дело происходило во времена Франко, мужчины величественно
восседали в креслах, а женщины решали реальные проблемы, причём
ложь и притворство помогали им избегать многих неприятностей
и даже трагедий. Не потому ли Лорка ценил Испанию как страну
великих актрис? Первый спектакль, который я увидел в жизни,
- это группа женщин, сидящих вечером на патио и болтающих
о своём, о девичьем.
А ещё я люблю фильмы, которые отражают мир кино. Эти картины
пропитаны алкоголем, табачным дымом, отчаянием, безумием,
желанием, беспомощностью, одиночеством, витальностью и милосердием.
Даже если в фильме нет героев, впрямую связанных с кино, я
стилизую их под известные кинематографические типы.
 -
Под кого же вы стилизовали Пенелопу Крус?
- Под итальянских актрис 50-х годов - Анну
Маньяни и Софи Лорен.
- Но те были дамы с формами, а у Пенелопы
модельная фигура.
- Сейчас Пенелопе 32 года, она в расцвете
своей красоты и таланта. Единственное место, которое ей пришлось
слегка "нарастить", - это попа. Дело не только в
том, что женщины той эпохи были полнее. Массивный низ подчёркивает
близость этих героинь к земле, придаёт им весомость, чувство
гравитации. Это сильные женщины, обеими ногами крепко стоящие
на земле, способные любить, рожать и бороться. Причём до самого
конца отпущенной им жизни. В Ла-Манче мужчины умирают рано,
их вдовы, конечно, тоскуют по покойным мужьям, но, с другой
стороны, для них это шанс другой, более свободной жизни, возможность
снова ощутить себя женщинами.
- Почему в ваших картинах так много красного
цвета?
- Я просто-напросто не могу обойтись без него:
он такой яркий и интенсивный. В Испании красный цвет означает
всё самое главное: огонь, кровь, любовь, страсть, смерть.
Андрей ПЛАХОВ,
обозреватель "Коммерсанта" - специально для "АиФ"
|
